Главная » Товар-Деньги-Товар » Экономическая наркология

Экономическая наркология

Вся наша классическая литература вышла из гоголевской шинели. Вся наша скособоченная экономика – из горбачёвского антиалкогольного лихолетья. Коллаж ТДТ
1/7
2/7
3/7
4/7
5/7
6/7
7/7

На первом месте в ПФО по уровню пьяной преступности, по смертности от алкогольных отравлений и по продажам водки на душу населения вступила Кировская область в шестой год борьбы за народную трезвость. Сумма ущерба, причинённого экономике региона, уточняется.

Тот, кто управляет автомобилем и одновременно целует женщину, делает и то, и другое плохо, сказал мне один француз. О том, что на свете есть люди, которые левой рукой ведут машину, в то время как правой дырявят её бензобак, он узнал, только приехав в Кировскую область. Именно такими увиделись ему наши борцы с алкоголизацией населения, выпустившие, в энный раз не подумавши, из запретной бутылки джинна, сметающего – что твой гопник из песни Майка Науменко – всё на своём пути: бюджеты, бизнес, доверие к власти, общественное спокойствие. Всё, кроме собственно алкоголизации. 

Краткий курс – 1

К тридцатой годовщине печально знаменитого постановления ЦК КПСС «О мерах по преодолению пьянства и алкоголизма», появившегося на первой странице газеты «Правда» 17 мая 1985 года, тогдашний генсек – а ныне пенсионер особого значения – Михаил Горбачёв выступил с развёрнутым интервью, в котором прямо назвал свою антиалкогольную кампанию «безусловной ошибкой». Несколькими годами ранее ошибочность майского постановления признал другой видный партфункционер 80-х Егор Лигачёв – «самый активный», по его собственной оценке, «организатор и проводник» антиалкогольного проекта. Публично отрёкся от авантюрной идеи своих товарищей по партии и Борис Ельцин, в годы кампании (1985-87) возглавлявший столичный горком КПСС и успевший отличиться особым усердием на антиалкогольном фронте (достаточно сказать, что по прямому указанию МГК число магазинов, торгующих спиртным, в Москве было сокращено в десять раз, в то время как в среднем по СССР – только в пять). По словам Бориса Николаевича, решение ЦК было «поспешным и научно не проработанным», а принятие его было продавлено «волевым методом» в угоду «незаурядным личным амбициям» инициаторов. Личные же амбиции, как известно, подобны мужскому половому члену длиною в метр: это очень круто, но совершенно бесполезно.

Здесь и сейчас – 4

Да, но настолько ли серьёзны сегодняшние налоговые потери бюджетов (а тем более – убытки бизнеса), чтобы приносить им в жертву будущее здоровье населения? Ну, во-первых, давайте не валить всё в одну кучу и не путать objet d'art с яичницей, а здоровье с абстиненцией. А, во-вторых, судите уже сами. Из 35,85 миллиарда налоговых и неналоговых доходов консолидированного бюджета Кировской области в 2014 году 1,32 миллиарда, или 3,7%, по данным Федерального казначейства, пришлись на долю алкогольных акцизов (то есть фактически на долю двух ОАО – «Вятич» и «Уржумский СВЗ»), в том числе: 760,57 миллиона – на акцизы на пиво; 530,92 миллиона – на алкогольную продукцию с объёмной долей этилового спирта свыше 9%; 27,92 миллиона – на спиртосодержащую продукцию и 5,56 миллиона – на этиловый спирт из пищевого или непищевого сырья. Много это – 1,32 миллиарда – или мало? Чтобы вполне прочувствовать бюджетную значимость алкогольных податей, достаточно вспомнить, что сумма налога на прибыль, перечисленного за тот же период в консолидированный бюджет всеми (!) предприятиями и организациями Кировской области, составила 5,01 миллиарда рублей. А всех доходов, поступивших в региональную казну от использования имущества, находящегося в государственной или муниципальной собственности, набралось за год и вовсе лишь 1,26 миллиарда.

И это, заметьте, говорится лишь о тех деньгах, которые приносит непосредственно производство спиртного. А ведь помимо производителей в регионе работает ещё и обширная сеть организаций оптовой, розничной торговли и общепита, занимающихся в том числе реализацией алкогольных напитков, и каждая из этих организаций, в свою очередь, платит (или, как минимум, должна платить) в казну налоги – и транспортный, и на имущество, и на доходы физических лиц. При том что доля алкогольной выручки в общем обороте регионального продовольственного ритейла – в действующих ценах – даже в условиях беспощадной борьбы с пьянством ниже 10-11% не опускается. В частности, за 2013 год, по данным Росстата, 1125 организаций, имеющих лицензию на розничную продажу алкогольных напитков, реализовали на территории Кировской области спиртного на сумму 7,74 миллиарда рублей – при суммарном обороте розничной торговли пищевыми продуктами в 71,8 миллиарда.

Неудивительно, что с первыми же антиалкогольными запретами (а запреты Кировская область, напомним, начала вводить одной из первых в стране) муниципальные власти забили тревогу – и было из-за чего: одно лишь ограничение на ночную продажу, по расчётам Центра исследований федерального и региональных рынков алкоголя (ЦИФРРА), «урезало» легальный оборот спиртного в среднем на 10%. Ещё примерно на процент (а процент от 7,74 миллиарда  – это, минуточку, 77 миллионов) выручка торгующих алкоголем организаций – в сопоставимых ценах – упала после введения в регионе четырёх «трезвых» дней. Не улучшила наполняемость муниципальных бюджетов (равно как и ситуацию на рынках труда) и авральная ликвидация рюмочных и закусочных, не говоря уже о закрытии сотен нестационарных торговых объектов, по ходу угодивших под запрет на продажу пива.

Краткий курс – 2

Сказать, впрочем, правду о реальных масштабах потерь, причинённых Советскому государству антиалкогольной аферой ни один из её закопёрщиков, даже отрекаясь и каясь, так и не посмел, низведя – по партийной привычке – свои фундаментальные косяки до уровня «отдельных недостатков». Мол, да: в чём-то заблуждались, когда-то поторопились, где-то перегнули палку. А «надо было всё делать постепенно, без перехлёстов, не топором по голове» (М.С. Горбачёв), потому как «чтобы справиться с пьянством, нужны долгие годы активной, умной антиалкогольной политики» (Е.К. Лигачёв). Но в общем и целом-то, дескать, задумка имела место правильная и итоги её позитивны: рождаемость выросла, смертность сократилась, продолжительность жизни увеличилась, продажи спиртного упали. И это – если не вспоминать про самогонные аппараты, которых за три года, шутка ли сказать, удалось изъять аж триста с гаком тыщ.

Всё, на что сподобились в плане гласности номенклатурные антиалкогольщики – это поведать народу (да и то лишь в общих чертах) о некоторых бюджетных дырах, которые возникли по ходу курса на всеобщую трезвость. Хотя даже те скудные цифры, которые обнародовала в 1989 году газета «Правда», были весьма впечатляющи. Но, опять-таки, судите сами: если до 1985 года в СССР на долю алкоголя приходилось около четверти поступлений в госказну от розничной торговли, то в уже 1986 году вместо запланированных 60 миллиардов тогдашних советских рублей (то есть, по курсу Центробанка, порядка 7,4 триллиона нынешних российских. – прим. Л.Б.) по этой статье в бюджет поступило лишь 38, а в 1987-м – и вовсе 35.

«Куда же делись недополученные казной от пьющего населения миллиарды?», – спросите вы. И, сами того не ведая, зададите самый неудобный для нынешней власти – и, наверное, самый важный в плане понимания истинных итогов горбачёвской кампании – вопрос. Потому как недополученные казной миллиарды (то есть деньги, не обеспеченные «алкогольной» товарной массой) бесконтрольно хлынули по двум одинаково пагубным для экономики адресам: во-первых, в розничную товарно-денежную систему, что уже к 1989 году привело к образованию в СССР зоны тотального дефицита, а, во-вторых, в карманы производителей и продавцов самогона, потребление которого к 1987 году выросло в Стране Советов без малого вдвое.

Здесь и сейчас – 3

Со времени установки очередных антиалкогольных стоп-сигналов (2009-10) минула, почитай, уже пятилетка – однако подсчёт ущерба, причинённого муниципальным районам Кировской области, не прекращается по сей день. «На 11%, или на 25,3 миллиона рублей сократилась за 2014 год доля собственных доходов консолидированного районного бюджета», – констатировал, в частности, в своём недавнем выступлении перед депутатами райдумы глава администрации Уржумского района Игорь Страбыкин, честно пояснив, что снижение показателя, в первую очередь, «обусловлено снижением объёмов производства и реализации алкогольной продукции ОАО «Уржумский СВЗ», что повлияло на уменьшение поступления акцизов, а также снижением норматива отчислений этих акцизов с 5% до 3%».

Изрядно потрепала антиалкогольная инициатива, судя по всему, и бюджет нашего региона в целом. Да так изрядно, что уже к концу 2014 года Серый дом (не отказываясь при этом, что любопытно, от антиалкогольной риторики!) был вынужден вводить в действие план «Б» и разворачивать самую настоящую полномасштабную рекламную кампанию водки и пива – назвать по-другому призывы к наступательному замещению на прилавках магазинов ввозимой в Кировскую область подакцизной продукции на продукцию ОАО «Уржумский СВЗ» и ОАО «Вятич» у меня попросту не поворачивается язык.

«Ситуация двойственная, – комментирует итоги совещания, состоявшегося в декабре 2014 года в областном правительстве на предмет вышеозначенного замещения, замглавы администрации Оричевского района Светлана Федяева. – С одной стороны, наш район находится на четвёртом месте в области по продажам алкогольной продукции (с января по ноябрь у нас реализовано более 14 тысяч декалитров), уступая только Кирову, Кирово-Чепецку и Слободскому, и как-то активизировать эти продажи – не лучший выход. С другой стороны, 40% от акциза на местную алкогольную продукцию попадает в областной бюджет, и это значимый доходный источник».

Краткий курс – 3

Тем временем, самогоноварение, вопреки расчётам ЦК КПСС, за годы борьбы за народную трезвость не только не было ликвидировано, но и, наоборот, зацвело буйным цветом, буквально на глазах превращаясь из невинной семейной забавы в полноценный сектор экономики. И предотвратить это превращение не смогли ни жёсткие меры в виде ежегодного удвоения контингента лиц, привлечённых к ответственности за домашнее изготовление дистиллята (в 1987 году их число достигло – sic! – 397 тысяч), ни полный отказ от жёстких мер: в 1990 году, когда антиалкогольная кампания была уже свёрнута, самогонщики, по расчётам Госкомстата СССР, вывели из пищевого упот­ребления уже около одного миллиона тонн сахара (3,6 кило на душу населения).

В итоге к началу 90-х годов подпольная алкогольная отрасль разрослась настолько, что – на фоне памятного тотального организационно-правового хаоса, – фактически стала первой в стране Высшей школой экономики, «выпускники» которой, в отличие от большинства советских граждан, встретили введение рыночных отношений, что называется, во всеоружии. Именно самогоноварение и спекуляция спиртным легли в основу многомиллиардных состояний «водочных королей» и примкнувшего к ним уголовного элемента, на базе которых впоследствии сформировались наши нынешние «элиты» (номенклатурно-криминальные кланы), обеспечившие окончательное становление теневой экономики на постсоветском пространстве уже в масштабе образующего общество фактора. Стоит ли удивляться, что и нынешняя наша антиалкогольная кампания, – на 90% дублирующая методы и лозунги горбачёвской, – многими в бизнес-сообществе воспринимается как замаскированная попытка передела высокодоходного полукриминального рынка с последующей сменой элит?

Иные, правда, комментируя очередной курс на тотальную трезвость, любят привести в пример позитивные результаты эксперимента восьмидесятых: резкое (в 3,6 раза) сокращение частоты алкогольных психозов, значительное (на 3,2 года) увеличение продолжительности жизни мужчин и, главное, кардинальный (на 500 тысяч) рост числа новорождённых. Но никто почему-то не задумывается над тем, что те полмиллиона сверхплановых младенцев, которые появились на свет «благодаря очевидным плюсам горбачёвской кампании», благодаря её же очевидным минусам были обречены расти и взрослеть в нищей стране об истощённом бюджете, о бандитской экономике и, – как следствие, – о коррумпированной власти. Со всеми вытекшими (и всё ещё вытекающими) из столь развесёлого детства фобиями, наклонностями и понятиями.

Здесь и сейчас – 2

«В администрации Кумёнского района состоялось рабочее совещание по вопросу замещения ввозимой подакцизной продукции продукцией местных производителей: ОАО «Уржумский СВЗ» и ОАО «Вятич», – повествует о другом показательном эпизоде внезапной рекламной активности властей официальный сайт Кумёнской райадминистрации. – В совещании приняли участие: глава района Александр Рылов, глава администрации района Юрий Грачёв, генеральный директор ОАО «Уржумский СВЗ» Юрий Терешков, директор ООО «ТД «Уржумка» Андрей Волокитин, специалист ОАО «Уржумский СВЗ» по маркетингу Надежда Викторова, директор ООО «Вятич» Светлана Бусоргина, работники администрации района и представители кумёнских предприятий, реализующих алкогольную продукцию и пиво. В результате обсуждения решено:

– включить показатели в Соглашение о выполнении мероприятий по увеличению поступлений в областной и местные бюджеты на 2015 год;

– организациям и индивидуальным предпринимателям Кумёнского района, реализующим подакцизную продукцию, увеличить объёмы продаж продукции ОАО «Уржумский СВЗ» и ОАО «Вятич» путём замещения объёма продаж ввозимой продукции;

– предприятиям, реализующим подакцизную продукцию, работать совместно с производителями по вопросу выкладки продукции местных товаропроизводителей». Конец цитаты.

При этом пропаганда пития местных сортов водки и пива (а без соответствующей пропаганды, ясное дело, ни о каком замещении не может идти и речи) была не просто вменена муниципальным администрациям, по сути, в служебную обязанность, но и стала важнейшим критерием оценки их работы. «Один из четырёх показателей эффективности, установленных для нашего района на 2015 год – это потребление пива, причём пива только от местного производителя, – написал по этому поводу в своём блоге депутат Подосиновской районной думы Алексей Артёмов. – И чем больше население будет пить этот напиток, тем больше денег «подкинет» району областной бюджет».

Краткий курс – 4

Между тем и в восьмидесятые, и – соответственно – сегодня всё могло пойти совсем по-другому, прими члены ЦК КПСС сторону не «бескомпромиссных трезвенников» Егоря Лигачёва и Михаила Соломенцева, а их менее воинственных оппонентов в лице Юрия Андропова и Арвида Пельше. Мало кто знает, но в 1982 году, ещё при жизни Брежнева, Юрий Владимирович, будучи председателем КГБ СССР, направил в Политбю­ро записку о необходимости усиления борьбы с пьянством и предложил создать специальную комиссию во главе с Арвидом Яновичем для подготовки соответствующего постановления. Пельше, по просьбе Андропова, привлёк к работе группу молодых толковых специалистов, и те – досконально изучив имеющийся отечественный и зарубежный опыт – подготовили проект масштабной антиалкогольной программы, главным идеологическим посылом которой стал «запрет на запреты», то есть полный отказ от каких-либо административных и запретительных мер в пользу планомерной и многолетней агитационно-просветительской работы. При этом в качестве первоочередных мер предлагалось увеличить производство пива и сухих вин, а также расширить сеть кафе, рю­мочных и прочих распивочных заведений. Данный документ был представлен в Политбюро ЦК, однако ему не повезло. В ноябре 1982-го умер Брежнев, а в мае 1983-го – Пельше, которого во главе антиалкогольной комиссии сменил Михаил Соломенцев, «либеральную» программу немедленно забраковавший.

Тремя годами позже, что интересно, очень похожий агитационно-просветительский сценарий борьбы с пьянством (дополнив его большим исследовательским блоком) взяли на вооружение власти Нидерландов. И уже к концу 1988 года, не введя ни единого запрета и не повысив ни единого налога, зафиксировали в стране 6%-ное снижение потребления алкоголя.

Здесь и сейчас – 1

Число больных алкоголизмом («число зарегистированных больных с впервые в жизни установленным диагнозом алкоголизма и алкогольного психоза») в Кировской области за годы нынешней кампании, по данным Минздрава РФ, действительно сократилось: с 1884 человек в 2009 году до 1041 в 2013-м, – однако увязывать данное достижение с введением ограничительных мер значило бы безбожно лукавить, поскольку аналогичное сокращение (с 2847 человек в 2005 году до 1884 в 2009-м) наблюдалось и в предшествующий период, когда водка стоила 70 рублей за бутылку и продавалась круглосуточно на каждом углу. Ровно та же картина наблюдается и в плане смертности населения от болезней системы кровообращения, одной из причин которой считается злоупотребление алкоголем: в 2006 году от этих болезней скончались 15211 кировчан, в 2010-м – 13122, в 2014-м – 10107. Причём, что тревожно, за январь-апрель 2015 года уровень «сердечной» смертности, по оперативным данным Росстата, в нашей области ещё и вырос против аналогичного прошлогоднего аж на 11,4% (к слову: исследования, проводившиеся европейскими учёными в течение 15 лет в рамках проекта UK Biobank, так и не подтвердили наличия «отчётливой корреляции» между риском скорой смерти и употреблением алкоголя – в отличие от курения табака или, скажем, любви к быстрой езде. Но это Европа, там химию не пьют. – прим. Л.Б.).

Рост – вместо ожидаемого снижения – отмечен в нынешнем году и по другому ключевому показателю, улучшить который региональная власть обещала за счёт системы алкогольных запретов – я имею в виду так называемую «пьяную преступность». За первые три месяца 2015 года в Кировской области было предварительно расследовано 1719 преступлений, совершённых в состоянии алкогольного опьянения, то есть на 6% больше, чем за аналогичный прошлогодний период – при том что в среднем по ПФО было отмечено 1,6%-ное снижение показателя. Таким образом, на каждые 100 тысяч кировчан за январь-март пришлось по сто тридцать «пьяных» преступлений, что в 1,7 раза выше среднеокружного уровня и является абсолютно худшим показателем в Приволжье. Причём все эти цифры, обратите внимание, касаются лишь тех криминальных эпизодов, в которых были задействованы уже пьяные злоумышленники, меж тем как хренова уйма преступлений совершается гражданами, ещё только собравшимися выпить – и аккурат для того, чтобы выпить обязательно (более точными цифрами, нежели «хренова уйма», по таким  правонарушениям я, к сожалению, не располагаю).

Мало того: с массовым закрытием рюмочных и уходом малообеспеченной (читай: основной) части пьющего контингента на обслуживание в нелегальный (самогонно-контрафактный) сегмент алкогольного рынка, процесс оказался надёжно спрятан не только от органов статистики, но и, увы, от органов охраны правопорядка, которые, не имея свободного доступа в квартиры и на частные подворья, практически лишились рычагов для ведения оперативно-профилактической работы и, как следствие, утратили контроль над ситуацией. О чём правоохранители, к слову, сами неоднократно сообщали на различных совещаниях районного уровня – без какой-либо, впрочем, адекватной ответной реакции со стороны гражданских администраций, главным для которых, похоже, было лишь доложить наверх, что пьяных на улицах стало меньше – а там хоть трава не расти.

Один взгляд назад

«Российские власти готовят ряд серьёзных решений по борьбе с алкоголизацией населения. Это большая и сложная тема, она не может быть разрешена при помощи дурацких запретов, мы уже на это нарывались. Но она может быть решена за счёт целого комплекса мер. Речь идёт о новых, современных, нормальных программах, которые позволят людям отдыхать по-человечески, а не просто идти в магазин, покупать бутылку и сидеть тупо на кухне, смотреть красными глазами в телевизор». Дмитрий Медведев, июль 2009 года.

Плюсануть
Поделиться
Запинить